6 заметок с тегом

Достоевский

Федор Михайлович Достоевский (1821—1881)

Роковые совпадения в деле Петрашевского

Михаил Васильевич Буташевич-Петрашевский (1821—1866)

Знакомство Достоевского и Петрашевского было случайным. И. Л. Волгин пишет о встрече на улице чернобородого и странноватого вида мужчины с Достоевским, о его вопросе касательно будущей повести писателя. Они были однолетками, Достоевский был всего на два дня старше Петрашевского (обоим по 25 лет). Их отцы — медики, оба участники войны 1812 года, оба отца не доживут до печальной развязки.

Волгин И. Л. Пропавший заговор. Достоевский: дорога на эшафот. М.: Академический проект, 2017. — 869 с.

У Покрова
Стояла их смиренная лачужка
За самой будкой. Вижу как теперь...

А это еще одно совпадение. Пушкинский «Домик в Коломне» — о том самом месте, где и жил титулярный советник Михаил Васильевич Буташевич-Петрашевский («у Покрова»).

В годы государственной службы Петрашевский всячески дурачит власть, издевается над ее бессмысленными постановлениями. Например, в ответ на указ о запрете носить чиновникам длинные волосы он наголо обривает голову и надевает на нее пышный парик. Кощунствует в храме: приходит туда в женской одежде. Когда квартальный надзиратель спросит: «Милостивая государыня, вы, кажется, переодетый мужчина» — ответит: «А мне кажется, что вы переодетая женщина». «Как мы смешны в этих костюмах», — скажет на эшафоте Петрашевский. «Круговорот переодеваний завершится смертным балахоном», — пишет И. Л. Волгин. Этот мотив переодеваний, проходящий через жизнь Петрашевского, опять восходит к Пушкину, его строчке: «И я бы мог, как шут...», которой он подпишет рисунок повешенных декабристов.

Достоевский позднее подтвердит: «...Петрашевцы были совершенно одного типа с декабристами». Цензура сразу же вычеркнет эту строку из его «Дневника писателя», а вместе с ней и всю главу. Что же там было сказано? «И те, и другие принадлежали бесспорно к одному и тому же господскому, „барскому“, так сказать, обществу; и в этой характерной черте тогдашнего типа политических преступников... решительно не было никакого различия».

9 апреля   Достоевский   история   литература   петрашевцы

Из новой книги Т. А. Касаткиной о Ф. М. Достоевском

Самый сложный вопрос при изучении творчества Ф. М. Достоевского связан с авторской позицией, которая открыто никогда не проявлена. Об этом написано много работ. Однако книга Т. А. Касаткиной стала для меня не только источником новых, глубоких и оригинальных наблюдений над уже известными текстами, но и целым этапом в изучении сложнейшей литературоведческой проблемы. Чего стоят одни только наблюдения над цветовой символикой всем известного «Преступления и наказания»:

Как связан навязчивый унылый желтый цвет в романе «Преступление и наказание» с преступлением Раскольникова? Преступник Раскольников — по заданию — Христос романного мира. Как, впрочем, и всякий человек в области своей жизни. Любой студент, будучи спрошенным, опознает икону Богоматери с Младенцем-Христом в последней фразе письма матери Раскольникова в самом начале романа: «Молишься ли ты Богу, Родя, по-прежнему и веришь ли в благость Творца и Искупителя нашего? Боюсь я, в сердце своем, не посетило ли тебя новейшее модное безверие? Если так, то я за тебя молюсь. Вспомни, милый, как еще в детстве своем, при жизни твоего отца, ты лепетал молитвы свои у меня на коленях и как мы все тогда были счастливы!».

Христос — Солнце миру — в том смысле, что Он — неистощимый податель благ. И Раскольников так и ведет себя — отдавая все, что имеет, всем вокруг. Но это происходит лишь тогда, когда он перестает полагаться на собственный расчет и рассудок, утверждающие, что у него — мало, на всех не хватит, и, чтобы иметь возможность помогать, — нужно у кого-то отнять. Внимая рассудку, герой не верит в то, что он — солнце. И яркий солнечный свет в романе исчезает — вместо него появляется страшный желтый цвет — цвет недостатка и нищеты, цвет плохой воды, выцветших обоев, желтого билета Сони... Тусклый желтый цвет романа — выродившийся свет солнца, которое больше не светит. И самый главный призыв, обращенный к Раскольникову, прозвучит из уст следователя Порфирия Петровича: «Станьте солнцем, вас все и увидят. Солнцу прежде всего нужно быть солнцем».

Достоевский показывает нам в глубине своих образов вечную красоту мира и человека, которую не в силах уничтожить даже сам человек. Красота — это Божественное задание человеку. И если человек решится осуществить это задание, решится быть воистину самим собой — мир восстанет из руин, желтый цвет обратится в солнечное сияние. Так мир спасет красота...

Касаткина Т. А. Священное в повседневном. Двусоставный образ в произведениях Ф. М. Достоевского. М.: ИМЛИ РАН, 2015. С. 12—13.

2017   Достоевский   литература   цитата

Письмо В. Г. Белинского Н. В. Гоголю

Письмо к Н. В. Гоголю от 15 июля 1847 г.

Возможно, перед нами одно из важнейших писем Белинского. Оно адресовано Гоголю после выхода его «Выбранных мест из переписки с друзьями». Поводом стала реакция критика на отчаянное гоголевское «желанье лучшей отчизны». Но это свое желание Гоголь связывал не с пустыми суждениями так называемых патриотов, а с идеей подлинного служения России, верой в братство людей. И для того, чтобы полюбить свою страну, нужно полюбить ее людей и потому стать истинным христианином. Белинский же, будучи атеистом, глубоко оскорбился этой мыслью. Он посчитал, что Гоголь проповедует ложь и безнравственность, прикрывая их религией. Эта мысль проходит через всё его письмо:

Я не в состоянии дать Вам ни малейшего понятия о том негодовании, которое возбудила Ваша книга во всех благородных сердцах, ни о том вопле дикой радости, который издали, при появлении её, все враги Ваши... Вы сами видите хорошо, что от Вашей книги отступились даже люди, по-видимому, одного духа с её духом.

Религиозные убеждения Гоголя были чужды Белинскому, утверждавшему, что русский человек — это атеист. Критик не принимает желания писателя связать воедино Церковь и учение Христа. Он пишет в том же письме:

Что вы нашли общего между Ним и какою-нибудь, а тем более православной церковью? Он первый возвестил людям учение свободы, равенства и братства и мученичеством запечатлел, утвердил истину Своего учения. И оно только до тех пор и было спасением людей, пока не организовалось в церковь и не приняло за основание принципа ортодоксии. Церковь же явилась иерархией, стало быть, поборницей неравенства, льстецом власти, врагом и гонительницею братства между людьми, — чем продолжает быть и до сих пор.

В итоге вырисывались две точки зрения о путях развития страны: Белинского и Гоголя. Белинский в своем письме утверждает, что смысл существования России состоит в развитии цивилизации, просвещении, гуманности, пробуждении человеческого достоинства. Вместо проповедей и молитв стране нужны гражданские права и грамотные законы. И главный ориентир состоит в решении не религиозных, а социальных вопросов: уничтожении крепостного права, отмене телесных наказаний.

Обо всем этом и пишет Белинский в своем последнем письме Гоголю. Жить Белинскому остался только один год (в 1848 году его не станет). И эта прощальная горечь ощущается в его строках:

Я любил Вас со всею страстью, с какою человек, кровно связанный со своею страною, может любить её надежду, честь, славу, одного из великих вождей её на пути сознания, развития, прогресса...

Письмо Белинского Гоголю в России было под строжайшим запретом. Именно его тайно читал Достоевский на пятничных собраниях кружка петрашевцев. Л. И. Сараскина точно замечает: «Чтение письма одного литератора другому поставит на карту жизнь и свободу третьего». Достоевский не мог спокойно и безразлично отнестись к пламенным словам Белинского о Христе и Его учении. Отсюда сочувствующая интонация, восторг, с которым его слушали другие петрашевцы. И отсюда же — начало новой драмы.

Приговор Достоевскому по делу петрашевцев
2017   Белинский   Гоголь   Достоевский   литература   петрашевцы

Достоевский и Рембрандт

Ю. М. Лотман в «Статьях по семиотике культуры» упоминает о диалоге Достоевского с великим художником. Во время работы над романом «Идиот», в конце 1860-х годов, писатель посещает картинную галерею в Дрездене (об этом пишет в 1867 году в своем дневнике А. Г. Достоевская).

Особое внимание автор романа уделил картине Рембрандта «Сусанна и старцы».

«Сусанна и старцы», 1647

Картина давала новую трактовку волновавшей писателя библейской темы: развратным покушением на ребенка. В «Книге пророка Даниила» (13 глава) этот сюжет дан следующим образом:

7 Когда народ уходил около полудня, Сусанна входила в сад своего мужа для прогулки.
8 И видели ее оба старейшины всякий день приходящую и прогуливающуюся, и в них родилась похоть к ней,
9 и извратили ум свой, и уклонили глаза свои, чтобы не смотреть на небо и не вспоминать о праведных судах.
10 Оба они были уязвлены похотью к ней, но не открывали друг другу боли своей,
11 потому что стыдились объявить о вожделении своем, что хотели совокупиться с нею.
12 И они прилежно сторожили каждый день, чтобы видеть ее, и говорили друг другу:
13 «пойдем домой, потому что час обеда», — и, выйдя, расходились друг от друга,
14 и, возвратившись, приходили на то же самое место, и когда допытывались друг у друга о причине того, признались в похоти своей, и тогда вместе назначили время, когда могли бы найти ее одну.
15 И было, когда они выжидали удобного дня, Сусанна вошла, как вчера и третьего дня, с двумя только служанками и захотела мыться в саду, потому что было жарко.
16 И не было там никого, кроме двух старейшин, которые спрятались и сторожили ее.
17 И сказала она служанкам: принесите мне масла и мыла, и заприте двери сада, чтобы мне помыться.
18 Они так и сделали, как она сказала: заперли двери сада и вышли боковыми дверями, чтобы принести, что приказано было им, и не видали старейшин, потому что они спрятались.
19 И вот, когда служанки вышли, встали оба старейшины, и прибежали к ней, и сказали:
20 Вот, двери сада заперты и никто нас не видит, и мы имеем похотение к тебе, поэтому согласись с нами и побудь с нами.
21 Если же не так, то мы будем свидетельствовать против тебя, что с тобою был юноша, и ты поэтому отослала от себя служанок твоих.

В библейском тексте перед нами замужняя женщина, а старцы названы таковыми не столько в силу своего возраста, сколько по званию. Рембрандт доводит этот сюжет до предела: его Сусанна — не женщина, а девочка-подросток, беззащитная и лишенная всякой привлекательности. Старцев он не только изображает отвратительными стариками, но наделяет их похотью, которая противоречит их возрасту.

У Достоевского в начале романа «Идиот» один из «старцев» — Тоцкий — перепродает Настасью Филипповну другому. Причем упоминается история обольщения молодой героини Тоцким:

Помещица привезла Настю прямо в этот тихий домик, и так как сама она, бездетная вдова, жила всего в одной версте, то и сама поселилась вместе с Настей. Около Насти явилась старуха ключница и молодая, опытная горничная. В доме нашлись музыкальные инструменты, изящная девичья библиотека, картины, эстампы, карандаши, кисти, краски, удивительная левретка, а чрез две недели пожаловал и сам Афанасий Иванович... С тех пор он как-то особенно полюбил эту глухую степную свою деревеньку, заезжал каждое лето, гостил по два, даже по три месяца, и так прошло довольно долгое время, года четыре, спокойно и счастливо, со вкусом и изящно.


Иванов В. Собр. соч. в 4 т. Т. 4. Брюссель, 1987. С. 416.

Но диалог Рембрандта и Достоевского не ограничен схожестью сюжетов. Дело и в глубинном родстве их творческой манеры. Эту мысль высказал Вяч. Иванов в своей работе «Достоевский и роман-трагедия»: «Его освещение и цветовые гаммы его света, как у Рембрандта, лиричны».

С. Цвейг в статье о Достоевском вспоминает о том же:

Трактиры, наполненные испарениями водки, тюремные камеры, углы в квартирах предместий, переулки публичных домов и пивных — и там, в рембрандтовском мраке, кишит толпа исступленных образов: убийца с кровью своей жертвы на руках; пьяница, возбуждающий всеобщий смех; девушка с желтым билетом в сумерках переулка; ребенок-эпилептик, побирающийся на улице; семикратный убийца на сибирской каторге; честный вор, умирающий в грязной постели, — какая преисподняя чувства, какой ад страстей! О, какое трагическое человечество, какое русское, серое, вечно сумрачное, низкое небо над этими образами, какой мрак души и ландшафта! Страна несчастий, пустыня отчаяния, чистилище без милости и без надежд.

2017   Достоевский   искусство   литература   Рембрандт

«Тихие страницы» А. Сокурова

Экзистенциальная драма по мотивам русской прозы XIX века, в частности, «Преступления и наказания» Ф. М. Достоевского. Режиссер переводит в зрительный ряд атмосферу романа, не касаясь его интриги. Герой в сомнамбулическом состоянии бродит по безмолвному Петербургу.

У «Тихих страниц» (1994) есть подзаголовок — «Малер», по фамилии австрийского композитора, автора звучащих в фильме «Песен об умерших детях». С не меньшими основаниями картина могла бы называться и «Кругом третьим», именно в ней Сокуров опустился еще на один виток небытия, ада, вакуума, абсолютного ничто. «Тихие страницы» — картина, одной из главных тем которой стало взаимоотношение героя и Города, некоего специально сконструированного, герметически замкнутого пространства, — выглядит так, словно фильм каким-то чудом оказался снят еще до изобретения кинематографа, в архаическом до-времени и в еще несотворенном космосе. Бог-Творец, оставленность которым столь изощренно переживали прежние сокуровские герои, здесь пока просто не родился. В финале он предстанет как языческий идол — безмолвный и грозный. Как тот каменный зверь, помесь петербургских львов и римской волчицы, к соскам которой жадно припадет герой, объединивший в себе полустертые черты Родиона Раскольникова и Евгения из «Медного всадника».

2017   Достоевский   кино
Ранее Ctrl + ↓